Классическая форма симфонии

Классическая форма симфонии в основных чертах сохранилась до наших дней. Она стала своего рода «музыкальной моделью» действительности. В ней фиксируются представления человека о мире, воплощенные в движении мелодий и ритмов. Классическая симфония воссоздает разнообразные, но всегда существующие стороны многообразия жизни.

Структура классической симфонии

Классическая форма симфонииI часть симфонии наиболее действенна и активна. Она чутко откликается на контрасты и противоречия, словно напоминая о том, как изменчива жизнь, как безостановочно ее движение.

В средних частях выдвигаются более устойчивые образы. Одна из них – медленная (как правило, идет после I части) – лирический центр симфонии. Это, по определению академика Б. Асафьева, «область размышлений о жизни, судьбе, любви, смерти, о природе…».

Далее, в оживленном менуэте или скерцо, находят отражение «игровые и танцевальные досуги человечества», многообразие картины быта. Наконец, в «устремленной, в почти всегда маршевой и гимнической поступи» финала возникает образ народа, общества. Классическая форма симфонии в завершении погружает слушателя в атмосферу коллективного действия, празднества или шествия.

Говоря очень обобщенно, в симфонии, как правило, «моделируются» драматические, лирические, характерно-бытовые и народно-эпические сферы.

Классическая форма симфонии. Сонатная форма

Поэтому именно в первой части сложилась особая музыкальная форма, способная воплотить бурную динамику жизни, конфликтное течение мысли, борьбу страстей. Эта новая форма получила название «сонатной» и, по словам С.И. Танеева, «стала самой совершенной из всех музыкальных форм».

Особенность сонатной формы состоит в том, что образы в ней не только контрастно сопоставляются, но и активно взаимодействуют.

Ее развертывание отдаленно напоминает действие драматической пьесы, Р. Роллан даже сравнивал сонатную форму с классической трагедией. Вначале композитор знакомит слушателя с «персонажами» – мелодиями, намечает завязку драмы. Затем действие развивается, обостряется, переходит в кульминацию, после чего подводится итог, наступает развязка.

Так образуются три основных раздела сонатной формы: экспозиция, разработка, реприза.

Экспозиция

Мелодия, открывающая экспозицию, называется главной темой. Вскоре возникает вторая мелодия, именуемая побочной темой. Своим появлением она как бы опровергает, оспаривает главную тему, стремится вытеснить ее из сознания слушателя. Рождается ощущение неравновесия, неустойчивости. Окончание экспозиции внушает мысль: «продолжение следует»…

Разработка

Вслед за экспозицией наступает разработка – самый напряженный раздел сонатной формы. Темы, показанные в экспозиции, освещаются с новых, неожиданных сторон. Не только между темами, но и внутри них обнаруживаются ранее скрытые контрасты, возникают противоречия.

Мелодии расчленяются на короткие мотивы, они мелькают в разных голосах оркестра, сталкиваясь и переплетаясь. Состояние неустойчивости достигает критической точки, упорно требуя «разрешения», разрядки. Ее приносит реприза.

Реприза

Реприза (в переводе с французского – повторение, возобновление) восстанавливает первоначальный целостный облик тем, в ней закрепляются результаты их взаимодействия. Композитор либо «примиряет» основные образы, либо углубляет различия между ними.

Кода

Итоговый, резюмирующий характер в еще большей степени присущ примыкающему к репризе разделу коды (дословный перевод с итальянского – хвост, шлейф, конец). Кода вносит последний многозначительный штрих, «формулирует» окончательный вывод произведения.

Она опирается на ранее звучавшие темы – главную, побочную или тему вступления, которая нередко предшествует экспозиции, выступая в роли пролога к основному действию. Мотивы вступления могут быть использованы и в разработке.

Таким образом, классическая форма симфонии с использованием сонатной формы имеет следующую схему:

  • вступление;
  • экспозиция (главная, побочная темы);
  • разработка;
  • реприза (главная, побочная темы);
  • кода.

Композиция классической симфонии с сонатной формой в «головной части» оказалась поистине универсальной. Несмотря на кажущуюся строгость, она допускает бесконечное разнообразие образных решений. Это было доказано и не раз подтверждено сочинениями великих композиторов – мастеров симфонического жанра.